ОПЕРАЦИЯ “КОЛЬЦО”: ПОЧЕРК 1915 Г.

Операция “Кольцо”, которую провели отряды милиции особого назначения МВД Азербайджана, используя внутренние войска МВД СССР, началась 30 апреля 1991 г. с армянских сел Геташен и Мартунашен Ханларского района, затем перекинулась в Нагорный Карабах. В мае были депортированы 15 сел Гадрутского района, а 15-16 мая - села Бердадзорского подрайона со следующей численностью населения: Ин Шен - 163, Егцаох - 140, Цахкадзор - 20. Грабеж, насилие, убийство... В конце ХХ века турецкий ятаган вновь засверкал над Бердадзором, геноцид начала века повторился в меньших масштабах. Мужчин четырех сел, невзирая на возраст, запихнули в автобусы и повезли в азербайджанский город Лачин, где изоляторы системы внутренних дел превратились в концлагерь. Комендатура чрезвычайного положения назвала эти места фильтрационным пунктом, где якобы проверялись личности и документы задержанных. Угрозами людей заставляли подписывать бумаги о том, что они якобы добровольно покидают свое постоянное место жительства. Свидетельства очевидца Светланы Григорян о совершенных 15-16 мая 1991 г. в селе Мец Шен Бердадзорского подрайона погромах были записаны 28 мая 1991 г. в городе Москве, в штаб-квартире “Мемориала”. 15 мая в 7 часов утра в наше село Мец Шен в сопровождении бронетранспортеров ворвались солдаты внутренних войск МВД СССР и азербайджанские ОМОНовцы. ОМОНовцы были вооружены автоматами, гранатами, ножами, у многих из-за пояса торчали топоры. Наш дом был первым на их пути. ОМОНовцы схватили моего мужа и старшего брата и стали избивать железными перчатками. Затем бросили их на землю и связали, а младшего - Анушавана Григоряна - также связали и поволокли в подвал. Одновременно женщинам и детям было приказано войти в дом и не покидать его без разрешения. Но я не выдержала и спустилась за своим братом в подвал. У ОМОНовцев не было ключей, и они приказали мне их принести, объясняя это тем, что ищут оружие. Не успела я спуститься с ключами обратно, как раздались выстрелы. Эти звери практически у меня на глазах убили брата. У него остались двое детей и беременная жена, которая должна была вскоре родить. Я нагнулась к брату и хотела приподнять его, но они схватили меня и стали угрожать смертью. Мне удалось вырваться и убежать. Моих племянников, сыновей Анушавана, Армена и Нарека 9 и 10 лет, тоже хотели расстрелять, их даже поставили к стене у дома. Азербайджанцы говорили, что у них “глаза как у боевиков” и что когда они вырастут, то могут им отомстить. В этот момент вмешались солдаты и увели детей. К этому времени всех мужчин уже собрали на майдане и посадили в автобусы. Затем их вывезли в Лачин. На следующий день всех, кроме 43 человек, вернули обратно. Они все были избиты, и им было трудно стоять на ногах. Мой старший брат также был сильно избит, кроме этого ему выдернули усы. На него страшно было смотреть. Из уст вернувшихся я узнала, что с ними вытворяли в Лачине. Это было страшно и отвратительно. Под угрозой смерти и дальнейших издевательств их заставили подписать заявление о добровольном отъезде в Армению. В соседнем с нами селе Егцаох мы об этом узнали позже, ОМОНовцы насиловали женщин, например, 15 мая они на глазах у матери изнасиловали дочь. Были совершены и другие зверства. В нашем селе годовалому ребенку хотели отрезать язык, но, к счастью, вмешались два солдата и помешали. Практически в селе оставались женщины, дети и старики, так как вернувшиеся 16 мая мужчины вынуждены были прятаться в лесах. ОМОНовцы же под предлогом, что все они боевики, снова объявили на них охоту. Я также свидетельствую, что на протяжении всего времени наши дома подвергались грабежам. Награбленное машинами вывозили, по-видимому, в Лачинский район, т.к. номера на машинах были лачинские. Грабили и ОМОНовцы, и азербайджанцы из соседних сел Лачинского и Шушинского районов, в частности, из села Лисагор. Грабили и громили открыто на глазах у военных, у районного начальства, ведь вместе с солдатами сюда приехали Алескеров - прокурор Шушинского района, Гезалов - секретарь Шушинского райкома партии. Были, как я слышала, и сотрудники КГБ из Лачина. Солдаты тоже не стояли в стороне. Они за деньги обещали защищать нас по ночам от возможного набега ОМОНовцев и бандитов. Брали без зазрения совести деньги и уходили. Дело в том, что обыски, проверки паспортов, хотя им плевать было на паспорта, продолжались четыре дня - с 7 часов утра до 9 часов вечера. Днем в какой-то степени солдаты сдерживали беспредел азербайджанцев - достаточно было одного слова, и ОМОНовец отступал. Вечером все они уезжали из села, и село, в котором оставались женщины и старики, фактически оставалось беззащитным. Большинство детей и женщин из нашего села, в том числе и детей убитого брата и его жену, на двух вертолетах вывезли в Степанакерт, а оттуда - на самолете в Армению. А тело моего брата так и осталось, наспех закопанное, в родном селе. Военные и азербайджанцы не разрешили его перевезти. Разумеется, и речи не было о том, чтобы найти убийцу и осудить, хотя мы всех их запомнили. 19 мая оставшихся мецшенцев и меня в их числе погрузили в автобусы и доставили на территорию Горисского района Армении в село Тех. *** Два брата - начальник подпольного штаба совета самообороны Бердадзора Арно Мкртчян и 24-летний Арташес, который был водителем в штабе, были в числе увезенных в Лачин. Старший брат был приговорен к расстрелу, который затем был заменен пожизненным заключением. А Арташес был приговорен к 15 годам тюрьмы. Год и один месяц подверглись мучениям Христа в азербайджанских тюрьмах, Арташес был освобожден, его обменяли с азербайджанскими пленными. 25-летний молодой человек записывается в 7-й оборонительный район, 51-й батальон и в качестве старшего офицера сражается за освобождение родной страны, участвует в освобождении Мартакерта, Карвачара, Кубатлу, Физули. *** Лачин. Изолятор полиции внутренних дел. В одной камере 40-50 бердадзорцев. Все стоят впритирку, воздух спертый. Тела, подвергшиеся пыткам, обожжены сигаретами, проколоты ножами и металлическими прутьями. Среди задержанных были 80-летние старики, даже 16-летние юноши. У кого-то в кармане нашлись деньги, отдали надзирателю и взяли стакан воды. Все умирали от жажды, но водой промочили только губы полумертвых заключенных. Дверь открывается, и людей ведут на допрос. Часть возвращается обратно. Под страхом пыток и побоев многие, не читая, подписывают бумаги, по которым фабрикуются ложные основания для возбуждения уголовного дела. Кого-то втолкнули в камеру. Это был Арташ, весь в крови, еле стоял на ногах. Он упал, ударившись головой о стенку. - Не вынес, Арно. Арно был потрясен. - У тебя выведали что-то? Арташ молчал, и Арно понял, что произошло. - Ты понимаешь, что ты сделал? - Понимаю, но не вынес. - Всех назвал поименно? - Первым записали мое имя. Заставили, - оправдывался он. - Идиот, - Арно схватился за голову. - Мне сказали, что Багатур сознался. Показали бумаги. - Хотя бы себя пожалел, - Арно больше нечего было сказать. Через час волоча притащили в камеру Петросяна Грачика. - Мне тыкали в глаза подписанные тобой бумаги. - Все поняли, что и Грачик подписался. “Чистка” проводилась три дня, и 39 бердадзорцев оказались в Шушинской тюрьме. * * * “Опасных” держали в отдельных камерах. Арташ с 10 другими людьми находился в камере N 10. После побоев в течение 6 дней их ведут на допрос. - Мкртчян Арташес. Брат Арно? - Да. - Значит, штурмовик. - Я житель Степанакерта. Раз в месяц приезжаю проведать родных. - Брат чем занимался? - Из Армении привозили помощь, он раздавал. Следователь посмотрел в сторону сидевших за столом двух коренастых азербайджанцев и… через несколько минут задержанный валялся на полу. В лицо швырнули воду и усадили на стул. - Говоришь, помощь он раздавал? - Следователь сунул в глаза бумаги, и Арташ узнал секретные документы штаба, которые перед разведкой они обычно прятали на крыше заброшенного дома деда Саака. Стало быть, тайник штаба обнаружен. - Я ничего не знаю. Впервые вижу. - Где спрятал свой автомат? Назови место. - Зачем мне автомат? У меня не было автомата. - Всем раздал, а тебе нет? - Нет у меня автомата. Позаботился обо мне, не дал. - Он еще ворочит языком, - следователь собрал бумаги, а головорезы приступили к делу. Кстати, вместе с архивом в руки азеров попал также список пронумерованных оружий. - На машине ты отвез брата в Егцаох. О чем шла речь по дороге? - Я не отвозил. Не видел. Не слышал. Приводят Арно, который, увидев состояние брата, говорит: что тут такого, Арташ, сознайся во всем. - Не отвозил. Ни на каком собрании не присутствовал. - Через десять минут он без сознания валялся на полу, даже стонов не было слышно. Через год и один месяц, когда Арташ был освобожден из плена, он первым делом спустился в ущелье, где в 200 метрах от дома, в огороде, у родника, под ежевичным кустом, в целлофане был спрятан автомат, вытащил его и пошел защищать родину. Дверь открылась, и кто-то упал на пол. Ребята узнали, что из Степанакерта привезли много людей. В камере воцарилась тишина. Неужели Карабаху конец? - думали они. Арташа повели на допрос. - Знаешь, Сако, Хачо, Андраника Арутюняна? - допрашивал следователь по особо важным делам Филмамедов, приехавший из Баку. - Знаю. Видел их в деревне. - Он понял, что нет смысла отпираться. - Скажи их адреса. - Не знаю. Я не был близко с ними знаком. - Где ты был в январе 90-го, когда угнали наших овец? - В Степанакерте. - А когда подожгли Канач Тала?.. - В Степанакерте. - Кто швырял камни в автобусы Лачин - Шуша? - Не знаю. Я только в гости приезжаю к родным. Арташа удивил мягкий тон допроса, доброе отношение полковника, причину чего он узнал на следующий день. * * * 25-й день пребывания в Шушинской тюрьме. 25 дней братья не видели друг друга. Раздавались только звуки ударов. Арташа избивали в камере, а Арно умышленно вели по коридору, и наоборот. Арно привели в следственную комнату. Оба брата были сильно истязаны. - Подойдите, пожмите друг другу руки, ведь столько времени не виделись, - сказал полковник Филмамедов. - Как ты? - формально спросил Арташ, прекрасно понимая нелепость вопроса. - Как видишь, - ответил Арно, лишь бы что-то произнести. - Можете разговаривать друг с другом. Молчание братьев нарушил следователь. - Арташа отпускаем на свободу, скажи ему, как он должен себя вести. - Как доедешь, сообщи адреса Андраника, Сако и Хачо, - сказал Арно, а Филмамедов записывает свой бакинский служебный номер и протягивает Арташу. Арташ смотрит на брата и понимает, что должен сказать. - Узнаю, позвоню. Полковник позвал следователя Багирова, который 20 минут писал что-то на русском, потом поставил перед Арташем белую бумагу. - Подпиши и свободен. - Прочту, потом, - сказал Арташ. - С братом договорился? - Да, должен сообщить адреса. - Вот об этом и написано. Подписывай. - Прочту, потом, - настаивал заключенный. Багиров собрал бумаги и положил в папку. - Мы хотели сделать доброе дело, но ты не захотел. Решили выпустить хотя бы одного из братьев. В последний раз спрашиваю: подписываешь или нет? Арташ молчал. - Придется поехать с братом в Баку. * * * Последние дни июля. В направляющемся в Баку “Черном вороне” 17 бердадзорцев. И Саркисян Манвел, Даниелян Норайр, Гаспарян Левон. Арно встал, прильнул глазом к дверной щели. - Ребята, мы близ Мазе камурджа, - произнес он с тоской в голосе, будто предчувствовал, что обратной дороги не будет. * * * Баку. Баил. Все задыхаются от удушливой жары. Трое суток дверь не открывают, не дают ни хлеба, ни воды. На шестой день кто-то открыл дверь. - Кто здесь Арно? Арно встал: наверное, снова подвергнут побоям. - Не узнаешь меня? Заключенный вопросительно взглянул на него. - Я был на твоей свадьбе. Я из соседнего села. Заключенный вспомнил, как кто-то спускался по склону горы Тума, погоняя баранов - подарок на свадьбу. Это был он. - Что нового в Степанакерте? - Заключенный воспользовался моментом узнать что-нибудь. - Не знаю даже, что сказать. Почему все так получилось? Среди вас у меня было много хороших друзей, - печальным голосом сказал азер, затем вышел и вернулся с четырьмя буханками хлеба и стаканом чая в руках. - Ты учитель, Арно, я знаю, ты не убийца. - Азербайджанского офицера больше не видели. * * * Шувелян. Всех вывели на работу. В камере остались два брата. Арташ подошел к Арно. - Почему ты не сбежал, Арно, ведь мог же? - Мог… Если бы пошел в направлении школы, перешел бы ущелье… Не сделал я этого. Люди сказали бы, он оставил нас. - Люди… - с иронией произнес Арташ. - В Лачине все поставили свои подписи и вышли на свободу… - Зато совесть моя чиста. - Они на свободе, только ты… - Арташ не мог скрыть внутреннее волнение, и брат прекрасно его понимал. - Где твои друзья-дашнаки? Я видел, с каким уважением они пожимали твою руку. Хотя бы записку прислали, вселили надежду… Хуже чем сейчас не бывает. - В голосе Арташа не было укора, и не могло быть. Арно командир. Ему никто не прекословил, все молча подчинялись. - Если бы ты был на свободе, помог бы всем нам. - Я должен быть здесь… Если б был на свободе, а кто-то другой здесь, совесть моя не была бы спокойна. - Почему никто не пришел на помощь? Ты всегда говорил: раздастся выстрел, придут на помощь. Где они, почему не пришли? - Он перечислил имена больших, известных людей… - Совесть моя чиста. Как и сердце. - Арно, - уже шепотом спросил Арташ. - Почему Бердадзор пал? Отдал бы приказ, спихнули бы их всех в ущелье. Мы ждали твоего приказа. Но без единого выстрела… - Я не имел права. Я не мог действовать самовольно. Позвонил в Горис и Степанакерт. Сказали, ничего не предпринимать, проверка паспортного режима. Если бы разрешили… - Забыл про дом, семью, только бы оружие доставили, только бы… А сельчане отнеслись к тебе по-другому. Ты был справедлив, а им было все равно, хорошо ты сделал или худо… - Они поймут меня потом, позже… Толком не повидал дочерей. - Арно сменил тему. - Ануш увидел только раз. Интересно, где теперь Анаит, Астхик, Арпик, что сейчас делают? - Штаб полный, склад полный - вот что тебя волновало, а о них ты не думал? – негодовал Арташ. Арно понимал брата. Он говорил о том, что накипело на душе. - Иначе я не мог поступить. Что сказал бы народ?.. - Народ… Все тебя предали… Помнишь, отец говорил… - Это мой путь, Арташ. Жалею лишь о том, что сдали Бердадзор без единого выстрела. Вот что меня терзает, не дает покоя. Без боя, без сопротивления, без выстрела… Как я ошибся!.. * * * Зал Верховного суда. Читают записки Арно. Читают также письмо армянской общины Греции: “Отважные бердадзорцы, вы, героически выстоявшие двухлетнюю блокаду…” и т.д. и т.д. Судья зачитывает вынесенное по уголовному делу решение: согласно пункту 3 статьи 67 Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики, статье 70, пункту 4 статьи 94, пункту 4 статей 15, 94, пункту 1 статьи 220, Мкртчян Арно приговаривается к расстрелу. Согласно пункту 3 статьи 67, статье 70, пункту 4 статей 17, 94, пункту 4 статей 15,17, 94, Мкртчян Арташес приговаривается к 15 годам лишения свободы. * * * Осужденных спускают в подвал Верховного суда. Туда вторгаются примерно десять азеров, размахивая дубинками, наручники глухо позвякивают. Берут интервью для показа по азербайджанскому телевидению. После интервью снова размахивают дубинками. Избивая, запихивают в машину и везут в Баиловскую тюрьму, подвал. Зачитывают имена и фамилии 11 бердадзорцев, отделяя смертников. Побои. Кровопролитие. Арташ понял, что это последняя встреча с братом. Избивая, пятерых смертников выводят из камеры. Возможности приблизиться друг к другу не было. Арташ уловил взгляд Арно и увидел на его глазах слезы. Арно же увидел слезы Арташа. Два брата железной воли увидели слезы друг друга. Это длилось несколько секунд, и для обоих братьев это был первый и последний плач…
НВАРД СОГОМОНЯН

<< | Главное | >>

Послать статью | Обсуждать статью новинка!

Обсуждение

92 дней назад | Удалить (5) | Ответить
вартан минский написал(а)
большая часть этих головорезов уже парит землю...г-р Поляничко тоже сдох от пули неизвестного в Грузии...списки есть...немезис и для них наступит...

RSS © Азат Арцах

Последние новости дня Апрель 23, 2008

СООБЩЕНИЕ
.
Государственной комиссии Нагорно-Карабахской Республики по вопросам военнопленных и без вести пропавших Власти Нагорно-Карабахской Республики, проявляя в очередной раз добрую ...
МАССОВАЯ РЕЗНЯ В САСУНЕ 1894 ГОДА
.
Британский посол в Константинополе министру иностранных дел Англии Перевод с английского. 26 ноября 1894 г. Из письма № 539 Время ...
ОПЕРАЦИЯ “КОЛЬЦО”: ПОЧЕРК 1915 Г.
НВАРД СОГОМОНЯН 1
Операция “Кольцо”, которую провели отряды милиции особого назначения МВД Азербайджана, используя внутренние войска МВД СССР, началась 30 апреля 1991 г. с армянских сел Геташен ...
БУРДЖАНАДЗЕ УШЛА ОТ СААКАШВИЛИ
.
Во вторник стали известны причины отказа председателя парламента Нино Бурджанадзе возглавить предвыборный список правящей партии «Единое национальное движение». Она отказалась ...
ДЕРЕВЬЯ ВЗАМЕН ЗДАНИЯ /РЕГИОН/
.
Беженцы провели акцию протеста против уничтожения сквера 19 апреля примерно в 17.00 группа граждан численностью около 30 человек, проживающих по адресу: улица Шарифзаде, 2, высыпала ...
ТУРЦИЯ НА ПЕРЕПУТЬЕ /РЕГИОН/
.
В Турции набирает силу дискуссия вокруг возможного размещения элементов американской системы ПРО и на турецкой территории. Генеральный секретарь Североатлантического ...